«Новогоднее настроение возникает, когда видишь обезумевшего ребёнка»: как пара из Петербурга работает Дедом Морозом и Снегурочкой

Лиза Калинина и Александр Фонарев – актриса и режиссер, но в праздники пара перевоплощается в Деда Мороза и Снегурочку. Поговорили с людьми, без которых невозможно представить праздник: может ли Снегурочка быть брюнеткой, какими обрядами они встречают главную полночь года и почему для каждого ребенка так важно прочитать стих с табуреточки. А еще спросили о самых необычных детях, с которыми общались Лиза и Александр – один мальчик встретил волшебников с осиновым колом, с другим пришлось полежать и погрустить под елкой.

«Новогоднее настроение возникает, когда видишь обезумевшего ребёнка»: как пара из Петербурга работает Дедом Морозом и Снегурочкой

Лиза и Александр работают добрыми волшебниками уже много лет, но Новый 2020 год – первый раз, когда они устраивают праздник командой. Правда, встретить главную полночь вдвоем скорее всего не получится. И все же ребята говорят, что главное – предвкушение праздника.

А: Когда вокруг тебя люди на пике эмоций и когда вы вместе в этом эпицентре – это очень роднит. Очень помогает сблизиться с незнакомыми людьми, а что уж говорить о знакомых людях.

Кто такой Дед Мороз?

А: Идея переодеваться Дедом Морозом возникла из того, что были необходимы деньги. Я тогда еще жил в Казани. Я пошел в студию аниматоров: сперва вел дни рождения, а потом мне предложили работать Дедом Морозом. Но вообще Дедом Морозом я был всю среднюю школу: мы организовывали праздники каждый год.

Л: Саша очень похож на Деда Мороза. А я тоже Снегурочкой первый раз была еще в школе. Моя мама работала в детском саду – я ей помогала, а потом – уже когда училась на актерском, – мне знакомые предложили подработку. Несмотря на то, что я не похожа на каноническую Снегурочку – обычно все ее представляют блондинкой.

А: За все шесть лет моей работы у меня ни разу не было блондинки-снегурочки.

Л: Сегодня у меня костюм с париком, но вообще мне больше нравится натуральный вариант. У меня есть другой костюм: я надеваю кокошник и у меня просто волосы убраны. Я считаю, что Снегурочке необязательно быть блондинкой – типичная «русская красавица» все-таки обычно темноволосая. Мы разговаривали про этимологию наших образов с фотографом – это все лютая эклектика!

А: Все восходит к славянским праздникам. Был такой персонаж – Морозко, но не такой, как в фильме, был лютый злодей, который ходил в лесу и всех морозил. Потом был Святой Николай, который дарил детям подарки. И вот в советское время был нужен какой-то аналог: в 30-е годы захотелось людям праздник какой-то вернуть, и тогда придумали Деда Мороза.

350 дней до Нового года

Л: Большую часть года до праздников я актриса, это занимает большую часть времени. Обычно я актриса в других ролях, а на Новый год моя основная роль – это Снегурочка.

А: Я студент театрального факультета режиссерской академии мастерской Льва Борисовича Эренбурга. Остальное время посвящено только учебе. Новогодние праздники и каникулы – единственное время, когда можно подработать, притом с удовольствием.

Свои спектакли нам ставить пока рановато, пока не разрешают – мы еще не достигли такого ранга. Приход домой к какому-нибудь ребенку – это уже маленький спектакль.

Л: Недавно мы работали с Сашей на новогоднем спектакле: он был Дедом Морозом, а у меня была другая роль – это в театре. Массовые заказы – на елку в театре или на целый класс – нам помогают найти. Мы обычно сами не ищем заказы, но есть частные спектакли: когда Дед Мороз и Снегурочка приходят к детям домой. Сейчас есть много тематических групп, там всегда можно что-то найти.

А: На самом деле, если ты работаешь не от агентства, то найти заказ достаточно трудно. Если ты не раскручен, не пропиарен, если у тебя костюм не за 10 миллионов и не расшит золотом. Даже в этих группах невероятно трудно выбить себе заказ. В том году у меня была другая Снегурочка, и мы решили работать от себя, создали группу «ВКонтакте», там набралось несколько сотен участников, мы распространяли листовки – но за все праздники не было ни единого заказа. Только через знакомых.

Л: В этом деле, как и в любом другом актерском, нужен толковый продюсер. Не обязательно человек с профильным образованием, но тот, кто умеет находить заказы.

Л: Костюмы мы шили не сами. Мы их сами усовершенствовали. Мне достался хороший костюм по наследству от старшей Снегурочки и я его просто немножко обновила. Но они его шили на заказ.

А: А у меня костюм старенький уже, он достался мне от прошлой организации, где я работал.

Л: Но он выглядит хорошо, потому что мы его любим.

Как приходит новогоднее настроение

А: Новогоднее настроение, нужное для праздника, приходит потихоньку, пока накладываешь макияж. Но самое главное настроение возникает, когда ты входишь в дом и видишь обезумевшего ребенка, который готов во все это верить и бежит, обнимает совершенно незнакомого ему человека. Это может быть десятый или пятнадцатый заказ за день, но это каждый раз так заряжает… Каждый раз как в первый раз. Как будто и не работал до этого пятнадцать часов.

Л: Есть еще какая-то схема наработанная, но для каждого ребенка ты ее меняешь в зависимости от возраста и интересов. Стараешься придумать что-то новое, чтобы и взрослому, и ребенку было интересно. И что-то из реквизита надо сделать для этих игр. И пока ты все это шьешь, сочиняешь и выписываешь, подкрадывается новогоднее настроение.

А: Необычные обстоятельства тоже вызывают новогоднее настроение. Один раз я пришел домой, но ребенок никак на меня не реагировал – он просто ушел за елку и лег на пол. Я к нему подхожу, и так и сяк, начинаю об игрушках рассуждать, о елочке красивой… а он все лежит. Мне пришлось лечь на пол рядом с ним, как есть, в своем костюме. И мы в итоге там с ним разыгрались, ракеты какие-то взрывали. К каждому ребенку нужен свой подход. Именно неповторимость каждого ребенка, каждой семьи бодрит и как-то «заряжает» каждый раз.

Л: Я помню, я работала с другим Дедом Морозом. Мы приехали на квартиру, и там было много детей – человек шесть разных возрастов. И это было само по себе очень непросто: ведь ребенку в три и в шесть нужно абсолютно разное. Но еще там был совсем маленький малыш, года два. Он ходил, радовался, но основной посыл новогодний был направлен не на него. Этот маленький человек сначала ходил с барабанной палочкой и все вокруг бил, и Деда Мороза тоже. Его отстранили, но потом он вернулся уже с осиновым колом. Это реально была деревянная, остро наточенная палочка. Мы не знаем, что он пытался проверить, был ли это какой-то языческий обряд. Может быть, он хотел проверить Деда Мороза.

Многие дети реально верят, что мы настоящие. Когда работала с другой парой Деда Мороза и Снегурочки, переняла одну фишку, которую мы с моим партнером тоже делаем. Родители заранее передавали рисунки Деду Морозу и Снегурочке. Снегурочка первая заходила и говорила: «Мы с Дедом Морозом устраивали конкурс на лучший рисунок, нам пришли тысячи рисунков. Теперь у нас есть победитель. Мы его ищем и не можем найти по всему дому, вы не знаете, кто нарисовал этот рисунок?» В этот момент дети в таком шоке: «Как?! Это же мой рисунок! Это наш, это наш, мы выиграли!» Неподдельное удивление.

А: Самое интересное, в какой-то момент начинают верить не только дети. Взрослые еще быстрее, чем дети, рвутся к бороде или к посоху загадывать желание. Помню, у меня один раз на заказе был француз – тот вообще чуть не плакал от умиления. Он больше всех загадывал, больше детей.

Л: Когда это выезд на дом, то это обычно длится около получаса – больше детское желание невозможно удержать, есть некий зачин. Кто-то один – чаще это Снегурочка – заходит, здоровается с детьми, играет в одну игру. Потом все вместе зовут Дедушку. Потом уже Дедушка играет с ними в несколько игр.

Стихи с табуреточки

Кстати, насчет традиции чтения стихов с табуреточки. До того, как я начала работать, мне казалось, что это дурацкий пережиток, что детей заставляют – а будь их воля, они бы ничего не читали и не рассказывали, что это какая-то обязаловка. Оказалось, что нет. Оказалось, дети очень ждут именно эту часть. Момент, когда «я рассказываю то, что я специально для дедушки приготовил» – это для них очень важно. Как-то мы с Дедом Морозом приехали на заказ в частный дом, полный гостей. Сначала у нас была программа, а потом «полчаса номеров»: там было десять человек и у каждого что-то было – песня, танец. В этом есть много искренности – ребенок очень хочет тебя чем-то порадовать.

В конце мы дарим подарки: хотя многие понимают, что это им родители купили, но все равно момент, когда ты достаешь из мешка что-то, что Дед Мороз привез – магический.

А: В позапрошлом году мне не повезло, я попал в семью артистов. Я так и не понял, чем они занимаются, но явно была семья с артистическим интеллигентным уклоном. Там были бабушка-дедушка, мама-папа, брат папы и еще несколько взрослых… детей было двое, но стихи читали все! Начали мы с Юнны Мориц, а закончили Иосифом Бродским.

Лучший праздник тот, который мы сами делаем. Если хочешь, чтобы люди веселились, ты их спровоцируй на это – мне кажется, это лучший рецепт. Когда люди тут же, здесь, рождают для себя праздник.

Главная полночь года

Л: Я не очень люблю прям в новогоднюю ночь работать, и стараюсь не брать заказы в сам Новый год. И скорее всего в этом году я не изменю своей традиции. Закончу работать часов в девять, успею добраться до дома и отпраздновать. Меня этот момент соборности очень «вставляет». Несмотря на то, что в нем очень много условности, что это «просто календарная смена года», мне очень важно понимать, что я делаю какую-то обрядовую вещь – слушаю куранты или речь президента – и 90% людей сейчас стоят и делают то же самое. И мы какую-то эмоцию испытываем вместе – а значит, эта эмоция умножается во много раз. И то, что ты находишься в какой-то частичке «души мира», извините за пафос, это очень вдохновляет. Поэтому я стараюсь отпраздновать эти «двенадцать часов».

А: Я в этом году скорее всего буду где-то на заказе, у меня отдельный заказ будет за городом. Так что даже не знаю пока, как это будет происходить. Это всегда очень по-разному. В один из первых годов работы я встретил Новый год по дороге на заказ. Мы должны были в полночь быть уже там, но мы опаздывали из-за множества заказов.

И мы встретили прям в машине. Открыли бутылку шампанского. Водителя не поили.

Л: Ааааах! Вы пошли к детям после шампанского!

А: Все было цивилизованно. На самом деле я не пью перед заказами, никогда. Я считаю, что это неэтично. Но тогда это была такая формальность, чтобы поставить галочку: мы все-таки зарегистрировались в Новом году.

А: Новогоднее настроение периодически возникает, когда иду на учебу по Малой Садовой, там сейчас большущая ярмарка. И опять ты попадаешь в ту соборность, о которой говорит Лиза. Слышишь миллионный раз все эти песни. Почему-то они поднимают настроение: может быть, я чертовски сентиментален, но когда видишь в городе перемены в сторону Нового года, они пробуждают праздничное настроение.

Л: Я думала, что это очень обидно, что ты ждешь-ждешь этот момент, а потом он – «пуньк!» – и прошел. И в какой-то момент я поняла, что Новый год, само это ощущение праздника, должно начинаться за какое-то время до него – и это уже праздник. Когда я готовлю подарки друзьям и близким – это уже новогоднее настроение. И важен не только сам момент дарения, но и то, что я была причастна к празднику, пока к нему готовилась. Это гораздо важнее, чем сам короткий момент самого празднования.

Когда начнутся регулярные заказы, настроения тоже будет больше.

А: Это правда, что ожидание праздника и есть сам праздник. А когда случилось, такой: «Это все, что ли?» И такая досада наступает, что было приятнее ждать. Это как у Пушкина:

Так, иногда, разлуки час

Милее сладкого свиданья.

А: На Новый год я даже не знаю, что особенного загадать. Материального просить не хочется… Мне вообще не свойственно чего-то просить у вышних сил. Ну здоровья всем близким своим можно пожелать. Чтобы спектакль наш курсовой состоялся.

Желания под елочкой

Л: Я не скажу, что загадала. Нельзя говорить вслух, а то не сбудется, я в это верю.

Я чаще всего записываю на бумажке, сжигаю и запиваю шампанским. Я всегда делаю какой-то список. Ты записываешь и не помнишь, что ты загадал. И, как правило, не сравниваешь потом, но по-новогоднему веришь, что все улучшилось.

Как-то раз я не сожгла бумажку, а все гости оставили свои записки той девочке, у которой праздновали. Через год она их все нам раздала – ничего ни у кого не сбылось – и все расстроились. Поэтому я за то, чтобы желания сжигать.