Марина Нефёдова

Купец Торшилов основал фабрику на заре русского капитализма. В 1849 году он обратился к архитектору А. Н. Рокову, который реализовал проект всего за два года. Дела у предпринимателя шли удачно, и в 1868 году он решил передать расцветающее производство своему сыну.

В 70-ее годы XIX века предприятие пришло в упадок — видимо, Торшилов-младший был никудышным управленцем. Пытаясь сохранить заработанные капиталы, он решил оформить подложное банкротство: Торшилов переписал фабрику на имя родственника жены, купца Дмитрия Сокова, и объявил себя нищим.

Как обычно и бывает в таких случаях, Соков оказался хитрее, чем думал Торшилов, и решил не уступать прежнему хозяину своих прав на прядильню. Торшилов не придумал ничего лучше, чем сорвать последний возможный куш: устроить на фабрике взрыв и пожар, а затем получить причитающуюся ему страховку.

Полиция выяснила причастность к поджогу Торшилова-сына, и никаких денег он не получил. При Сокове производство продолжало разваливаться: финансовое положение и так было плачевным, а тут ещё и давала о себе знать «огненная» афера прежнего хозяина.

В 1890 году Соков продал прядильню Товариществу Невской ниточной мануфактуры. Через два года предприятие стало частью британской текстильной корпорации Coats J.&P. Ltd. Интересно, что эта компания существует до сих пор и является крупнейшим в мире производителем ниток.

Под руководством британцев дела пошли в гору. Кроме того, как раз в конце XIX века архитектор Васильев достроил знаменитые башенки — они служили водонапроными.

Торшиловская мануфактура получила новое имя, «Невка». В период своего второго расцвета фабрика не могла обеспечить достойных условий для сотрудников. На предприятии работали исключительно женщины, жалованье было достаточно низким, а у станка приходилось стоять 11,5 часа в день. Нетрудно догадаться, что недовольные работницы нередко протестовали и устраивали забастовки. Впрочем, предприимчивые англичане научились справляться с волнениями на фабрике: поднимая зарплату то опытным мастеровым, то самому неквалифицированному персоналу, они вносили разлад в ряды сотрудников. Благодаря этому фабрика считалась одной из самых безопасных в плане революционного настроя.

Однако продолжающаяся война с Германией, агитация подпольных партий и инфляция, достигшая к февралю 1917 года 50%, всё же привели к объединению сотрудниц фабрики. 23 февраля 1917 года прядильщицы одними из первых вышли на демонстрацию с лозунгами «Хлеба!» и «Долой войну!». Раз вышли женщины, мужчины просто не могли остаться в стороне: к вечеру к забастовке присоединились десятки тысяч рабочих Петербурга. Сотрудницы «Невки» сыграли серьёзную роль во время Февральской революции — именно они выходили на переговоры с казаками и полицейскими, и вид голодающих женщин трогал многих.

После Октябрьской революции производство было национализировано и превратилось в прядильно-ниточную фабрику «Красная нить». Фабрика стала ведущим предприятием страны по производству швейных нитей.

Комплекс построек товарищества Невской ниточной мануфактуры «Невка» признан памятником архитектуры: в 2001 году КГИОП включил его в список объектов культурного наследия.

В 2014 году в здании оборудовали бизнес-центр. Реконструкция затронула не весь памятник, а только часть, выходящую на набережную. Внешний вид фабрики несколько изменился: появился мансардный этаж с пятью полукруглыми слуховыми окнами, а вместо оштукатуренного кирпичного забора появилась металлическая ограда.

Нелепые аварии происходят под мостом уже не первый год. У «Моста глупости» есть свой аккаунт в Twitter, который фиксирует каждый инцидент. Интересно, что под переправой застревали даже автобусы и тракторы с сеном.

В 2018 году власти приняли решение установить ограничители на подъезде и знаки о лимите высоты. Аварий после этого стало меньше, однако они не прекратились.

Ранее эстафету у «Моста глупости» перехватил дом на улице Художников — там ограничитель высоты в 2,7 метра самовольно установили местные жители.

Больше всего пострадавших оказалось в Пушкинском (256 человек), Курортном (122 человека), Красногвардейском (50 человек) и Приморском (50 человек) районах. Однако специалисты уточнили, что количество пострадавших не превышает средних показателей.

Шествие пройдёт по аллее Конногвардейского бульвара и начнётся в 12:00. Парад возглавит «большой друг котов» художник Дмитрий Шагин.

День петербургского кота 8 июня отмечают в Северной столице уже восемь лет. В этот день в 2011 году открылось первое в городе котокафе «Республика кошек».

Для свободного посещения будут открыты Фермерский дворец, Дворцовая телеграфная станция, Фельдъегерский домик, историко-культурный проект «Петергофские дачники». Правда, как отмечают музейщики, придётся заплатить за входной билет в парк. Билет стоит 100–200 рублей, впрочем, после 17:00 вход в Александрию тоже становится свободным. 

Сам парк состоит из двух террас: нижней, прибрежной, примыкающей к Финскому заливу, и верхней, на которой и расположены главные архитектурные доминанты парка — Коттедж, Фермерский дворец и Капелла. Повсюду много зелени, аккуратно подстриженные газоны. Отличное место для пешеходных и велопрогулок. Залив отлично просматривается из разных точек парка.

Автором инициативы выступил директор фестиваля домашних животных «МимиFEST» Михаил Ткачёв. Он считает, что при появлении нового человека, ответственного за жизни домашних питомцев и зверей на территории города и области, снизятся случаи жестокого обращения с животными.

«По-нашему мнению, необходимо защищать как домашних, так и диких животных. Например, многие беспризорные животные становятся жертвами догхантеров и граждан, которые чувствуют свою безнаказанность», — пишут авторы обращения.