Марина Селезнёва

В воскресенье, 31 июля, Петербург будет отмечать День военно-морского флота России. Центральным событием в этот день станет парад кораблей у городских набережных. В этом году горожане увидят 15 кораблей и катеров, подводную лодку и другие суда. Принимать парад, кстати, приедет сам президент России Владимир Путин.

По случаю празднования будет дневная разводка Дворцового моста. Как сообщили в Комитете по развитию транспортной инфраструктуры, разведут переправу с 11:30 до 13:30, при этом движение транспорта по Дворцовому будет прекращено с 11:00 до 13:30.

Как правило, речь петербуржцев любят сравнивать с языком москвичей. Это всегда вызывает бурные эмоции, дает повод от души посмеяться или вовсе вычислить место рождения человека по его речи. А если без шуток, вы когда-нибудь задумывались, почему жители города на Неве так говорят? Почему кура? Почему поребрик? Почему популярный элемент одежды превратился в бадлон? Пора узнать, насколько глубоко уходят корни этого лингвистического явления.

Отличаться речь начала уже с самого строительства города. Как мы знаем, Петр I был человек современный и очень хотел сделать Петербург таким же. Поэтому в городе было много специалистов из Европы, преимущественно немцев. Именно иностранцы в большой степени сформировали элиту того времени. Однако русский язык оставался в приоритете — чтобы получить хорошую должность, многие усердно учили язык, причем по различным письменным источникам. В ход шли документы и бумаги, кишащие канцеляризмами, которые запоминались, а потом плавно переходили в устную речь.

Языки смешивались, стили смешивались — и вот, пожалуйста, устная форма речи уже формируется на основе литературно-канцелярской, превращаясь в «возвышенную» и «интеллигентную». Винить, конечно, никого нельзя, ведь социальных слоев в городе тогда было несколько, и они сильно отличались между собой. Поэтому, чтобы поддержать «беседу на Невском», нужно было подключать весь свой словарный запас, делать умное лицо и буквально «зачитывать произведение» о том, как ты сегодня провел день.

Если приводить примеры, то на ум приходит «мосбан» (Московский вокзал), которое образовано от немецкого Bahnhof. Или локеры — защитные кожухи колёсных арок автомобиля. В Москве их называют подкрылки, а петербургское слово пошло от английского — to lock (закрыть). Говоря о схватке бадлона и водолазки, то в оправдание Северной столицы можно сказать, что название распространилось от фирмы, которая их шила — Ban-Lon. Правда, петербуржцы и в это слово внесли свой языковой штрих, поменяв «н» на «д».