Степан Сорокин

«А сакура уже цветет?» — пожалуй, самый популярный вопрос, который по сотне раз на дню слышат сотрудники Ботанического сада РАН. Посмотреть на цветение сакуры на Петроградской стороне жаждут многие петербуржцы, и совсем скоро это желание исполнится, ведь на деревьях уже появились почки.

В прошлом году сакура цвела с 3 по 15 мая. Пик цветения пришелся на 9–10 мая. Составить точный прогноз, когда в этом году горожане смогут любоваться нежными цветами японской вишни, достаточно сложно: виной всему капризная погода. Однако цветение по-прежнему ждут в ближайшие солнечные дни, в начале мая. Первой радовать глаз посетителей будет вишня курильская. Об этом рассказывают сотрудники Ботанического сада.

По традиции с момента начала цветения у петербуржцев будет около двух недель для того, чтобы приобщиться к древней японской традиции — любованию сакурой. Так что вдохнуть аромат цветов и сделать яркие фотографии на память смогут все желающие. О начале цветения обещают оперативно рассказать в сообществе Ботанического сада в соцсетях.

Под занавес цветения запланирован праздник «Сакура Мацури» — фестиваль японской культуры. В этом году он впервые будет проходить два дня — 14 и 15 мая.

Во вторник, 3 мая, состоится новая лекция из цикла «Искусство за баром». Слушателям расскажут, что именно в цюрихском «Кабаре Вольтер», открытом 5 февраля 1916 года, в разгар первой мировой войны, нашли прибежище те, кто жили другими идеалами: поэты, художники, философы, студенты с разных концов Европы. Они встретились в центре благонравной Швейцарии, чтобы изменить мир.

В интерьере уютного бара можно будет в спокойной обстановке за бокалом вина обсудить сумасшедших и талантливых обитателей «Кабаре Вольтер», поговорить о художниках, писателях и артистах, биография и творчество которых были неразрывно связаны с этим культовым местом Цюриха.

В субботу 16 апреля в Петербурге пройдет Фестиваль коммуналок, главными площадками которого станут жилые коммунальные квартиры: у гостей появится уникальная возможность узнать, что скрывается за парадными фасадами Северной столицы.

В программе всех пришедших ожидает серия перформансов городских художников и поэтов в реальных коммунальных квартирах, а также экскурсии непосредственно от самих хозяев. Они будут принимать гостей, водить экскурсии, знакомить с соседями и обучать бесценным навыкам выживания в уникальных бытовых условиях: любить родину, собирать самогонные аппараты из соседских тазов и готовить корюшку.

Второй площадкой станет однодневный Музей быта, где покажут экспозицию, посвященную организации общего пространства в коммунальных квартирах. В завершение праздника известный писатель Илья Стогов расскажет о социокультурном аспекте петербургских коммуналок и состоится концерт музыкантов из электрички.

Посмотреть всю программу и зарегистрироваться на мероприятие можно здесь.

Чтобы принять участие в розыгрыше, нужно забронировать любой квест на 14 февраля на сайте Lostroom и в комментарии к заказу написать кодовую фразу «Любовь до гроба». О результатах розыгрыша победителям сообщат по электронной почте и группе Lostroom «ВКонтакте».

Как сообщила в прямом эфире «Радио Балтика» председатель комитета по инвестициям Санкт-Петербурга Ирина Бабюк, «петербургский Диснейленд» — крытый парк развлечений студии DreamWorks — построят в городе в срок. Застройщики, несмотря на кризис, начнут строительство уже в этом году. Парк на пересечении Шафировского и Индустриального проспектов откроет свои двери в 2018 году.

Напомним, год назад поступили сведения, что в Петербурге и Москве намереваются построить парки развлечений мирового уровня DreamWorks. На площади 158 тысяч квадратных метров разместятся свыше 40 уникальных аттракционов, зеленая зона, несколько кафе, киноцентр с залом IMAX, большие трехзвездочные гостиницы на 400 номеров и многое другое.

Дополнительные трамваи и троллейбусы запустили в городе накануне из-за увеличения числа пассажиров в общественном транспорте. Многие петербуржцы в эти дни предпочитают перемещаться по городу не на машине или пешком, а на наземном транспорте.

Движение усилили в восьми районах города на девяти маршрутах. Больше трамваев №8, 25, 27, 45, 58, 62, 64 и троллейбусов №10 и 22 запустили на маршрутах Красногвардейского, Фрунзенского, Центрального, Невского, Московского, Выборгского, Адмиралтейского и Василеостровского районов. Об этом сообщает пресс-служба «Горэлектротранса».

Тем не менее эксперты считают, что в такие снежные дни лучше всего перемещаться на метро. Из-за снегопадов в Петербурге не первый день образуются сильные пробки.

Александр Глебович, что будет происходить на вашем творческом вечере?

Черт его знает, что там будет происходить. Я подозреваю, что все дело, как всегда, в вопросах. Если меня будут мучить бессмысленными вопросами, мне придется, вероятно, как-то выкручиваться. Если вопросы любопытные и дерзкие, меня это вводит в определенной степени азарт, когда мне надо самому изобрести максимально быстро максимально точную формулировку. Меня потрясли какие-то ребята в Москве, которые посреди вопросов о политике вдруг спросили, как я считаю, можно ли вареное яйцо разварить обратно. На самом деле, вопрос-то умный. Мне пришлось поднапрячься – и я сообразил, как это сделать.

Есть ли темы, которые вы сами собираетесь затронуть?

Мне придется затронуть темы, которыми меня постоянно штурмуют. Как происходит перерождение имперского фашиста в нормального человека? Что этому способствует? Меня часто спрашивают о моем отношении к Путину и почему я, не принимая всего мордора, который происходит в России, тем не менее, снисходительно отношусь к тому, кого считают виновником всего мордорства, – к Саурону Владимировичу.

… у которого вы были доверенным лицом.

Да, и хорошее отношение к которому сохранил.

Вы были депутатом Госдумы – хотелось бы вернуться в политику?

Ни в коем случае. Меня это совершенно не интересует. Я и тогда всем говорил честно: ребята, я с вами ненадолго и очень надеюсь, что мне удастся вернуться с информационного фронта как можно быстрей. Не думал, что меня так надолго затянет и соглашался буквально на несколько выступлений, лекций и интервью, но оно пошло закручиваться. В свое время в политику можно было верить, это казалось возможностью решить какие-то вопросы. Я дитя свободы 1990-х, и для меня свобода обладает отвратительным качеством: она воспитывает наивность. Тогда с наивностью было все в порядке.

В какой момент вы разочаровались в политике?

Не бывает какого-то конкретного момента разочарования, возникает много ситуаций, существенных изменений жизни, когда то, что казалось белым, оказывается черным. Поскольку человек – существо тупое, ему это надо повторить несколько раз. Чтобы он окончательно убедился: то, что представлялось замечательным, светлым и перспективным, на самом деле осклизлое, сгнившее и страшное.

Может, возвращение народу возможности реального выбора может оздоровить ситуацию?

Роль народа ничтожна не только сейчас, но всегда. Не то чтобы я за демократические институты – я за нормальность, за развитие, за отсутствие ядерных ударов по Петербургу и окрестностям, это практически затруднит мне жизнь. Я ведь абсолютный эгоист, все оцениваю только по степени неудобств, которые могут быть причинены лично мне.

Всегда есть возможность уехать.

Конечно, я уеду, но это нужно будет успеть сделать.

То есть, в какой-то момент можно оказаться перед запертыми границами?

Абсолютно легко.

В вашей редакции висит портрет Ивана Петровича Павлова, в вашей библиографии есть труд по физиологии. Как вы оцениваете состояние биологической науки и вообще науки в стране?

У нас с биологической наукой плохо. Когда мы говорим о научном мире, мы вынуждены говорить о людях, которые за долгое время грантопоедания, в лучшем случае, изобрели новый способ мытья пробирки. Или выяснили самую короткую дорогу за пивом от лаборатории. Для этого, конечно, тоже требуются определенные исследовательские навыки, но нельзя сказать, что к этому можно относиться всерьез. Локальных, микроскопических, весьма симпатичных и весьма необходимых открытий делается довольно много. К гигантскому кому биологического знания, подчиняясь закону научной гравитации, прилепляются какие-то песчинки. Но это все песчинки. У нас в биологической науке отсутствует вектор. Биология как таковая пришла в разряд описательных наук, и все надежды, которые были с ней связаны, не оправдались. Для нее нужны абсолютно новые парадигмы, она должна понять, для чего она существует. То ли она хочет иметь медицину своим главным продюсером, который ей заказывает открытия. То ли она хочет чего-то более крупного, но конструкция современной науки такова, что ни одна дисциплина не может существовать без комплекса всех остальных дисциплин. Невозможно создавать парадигмы в биологии, не ориентируясь на космологию, космофизику, электродинамику, классическую физику, геологию. Если нужны какие-то открытия, нужно подождать людей, которые начертят новую парадигму. Как это было в XVIII веке, когда практически современную биологию грубо, коряво, смешно, но нарисовали несколько публицистов: Ламетри, Гольдбах, Руссо, Даламбер, Дидро. То, что они прочертили, потом биология подтвердила.

Мы можем говорить о фундаментальной науке у нас сейчас?

Можем говорить об астрофизике. У нас есть блестящие хранители того, что было наработано поколениями еще советских атомщиков. У нас есть живые еще ученики Харитона, Зельдовича, Ландау. У нас есть очень мощная когорта носителей знаний. Эти носители пока не способны совершить существенную трансмутацию знания, которое они носят в себе, во что-то новое. Таких действительно нет, но есть честные крепкие знатоки, которые способны, например, отражать атаки астрологов, а это уже немало. Они способны писать на русском языке книжки, которые относительно понятным языком  касаются космологии. В биологии с этим совсем худо. Есть один Мартов – такой Докинз для глупых. Он добросовестный, старательный, очень много знает, но вектора, который бы воодушевлял его исследования и привел к чему-то значимому, у него нет.

Как вышло, что самый яркий критик церкви и религии в нашей стране, пел в церковном хоре, был семинаристом?

И Павлов тоже учился в семинарии, многие блистательные атеисты.

Павлов, как мне казалось, до конца жизни был верующим человеком.

Павлов?! Не оскорбляйте память Ивана Петровича. Другое дело – он очень бережно относился, в отличие от меня, к чувствам так называемых верующих. После одного неприятного инцидента. По воспоминаниям современников, в Институте экспериментальной медицины у дверей лаборатории был замечен почтенного вида человек, который назвался однокашником Ивана Петровича и просил аудиенции. Павлов выяснил, кто это, и действительно сразу спустился вниз, приобнял, увел в кабинет, они долго беседовали, после чего человек с перекошенным лицом ушел. Семинарский приятель приехал посоветоваться на тему бессмертия души, того света и всего остального. Иван Петрович душу-то отвел, кричал страшно, обвиняя в слабоумии, бессмыслии, ничтожестве и так далее. А наутро этот дяденька повесился у себя в гостиничном номере, и выяснилось, что за неделю до этого у него умерла жена, и к Павлову он заехал за утешением, что не все так беспросветно, с этой женщиной он еще встретится и ангелы подведут их за руки друг к другу. А Иван Петрович маленьким костлявым кулачком все эти иллюзии раздолбал. С тех пор Павлов стал весьма и весьма аккуратен в таких вещах, хотя у него и проскальзывали, судя по воспоминаниям родных, неуважительные реплики, касающиеся того, что веру всегда следует приравнивать к слабоумию.

И у вас религиозных убеждений не было?

Никогда, я даже некрещеный.

Зачем тогда, семинария, хор?

Там масса хористок, вы что не понимаете, что ли? Все эти поповские дочки и внучки, попадьи – это же чудесно было совершенно. И вообще в советское время пойти в семинарию – это все равно что убежать к индейцам. Это казалось другим миром, другой реальностью, другой эстетикой, другим нервом, приключением – безумно интересно. Я был гебистским ребенком, воспитывался в кабинетах на Литейном, 4, и первой игрушкой моей был тубус с ключом от кабинета деда. Тубусы можно было по-разному свинчивать, наливать в них воду и завинчивать, делать дымовухи фантастические, чтобы пожарные приезжали. Поэтому я понимал, что церковь – это филиал Комитета государственной безопасности. Количество нетрадиционно ориентированной публики в семинарии меня поначалу смутило. Все знали, чей я внук, и ко мне никто в эрегированном состоянии особо не лез, плюс у меня сразу возникла слава матерого гетеросексуала, который охотится на хористок. И подвиги были настолько многочисленные и утомительные, что этим я закрыл себе дорогу к церковной карьере. Для нормально ориентированных людей проводились определенного рода мастер-классы, когда почтенный иеромонах традиционной ориентации – там два было таких, кстати – говорит: Глебыч, не расстраивайся, всегда есть выход. Стрижешься, рукополагаешься, попадаешь в приход. Высматриваешь среди прихожанок каких-нибудь теток – желательно, чтобы это были жены очень богатых мужей, которые сильно дорожат браком и меньше тебя заинтересованы в огласке. Есть таинство исповеди, близкий контакт, горячая рука на горячую руку. Православная исповедь позволяет любые вопросы, вплоть до позы и скорости введения. А эти вопросы способствуют переведению таинства исповеди в практическую категорию. Таким образом, ты обзаводишься двумя-тремя духовными дочерьми – и все в порядке.