«Для меня это великая честь»: петербурженка будет командовать пулемётным расчётом во время торжественного парада 27 января

Расскажите о вашей деятельности как командира, принимающего участие в торжественном параде. Какие задачи вы выполняете, за что отвечаете? Чего ждать петербуржцам в этом году?

Я командую расчётом крупнокалиберного пулемёта Дегтярёва — Шпагина (ДШК). Пулемёт проедет на автомобиле «Додж», расчёт будет женским — в память о подвиге женщин в годы Великой Отечественной войны, многие из которых обороняли небо нашего родного города, ведя огонь по вражеским самолётам из таких орудий. Конечно же, там были не только 12,7-миллиметровые ДШК — были «счетверёнки» М4 (пулемёты системы Максима), были «Максимы»-«единички», были зенитные пушки разных калибров, но хочется показать эту редкость — крупнокалиберный зенитный пулемёт, который девушки, бывало, своими руками поднимали на крыши высоких зданий. Пулемёт в собранном состоянии весит почти 160 килограммов! В разобранном, более удобном для переноса, — тоже много. И вот они его перемещали сами, отражали налёты вражеской авиации, круглосуточно несли дежурства у пулемёта — в городе, на Дороге жизни и везде, где шла война.

Наш военно-исторический клуб занимается реконструкцией боевого пути 2-го зенитного пулемётного полка, оборонявшего небо Ленинграда: в память о них и о многих других зенитчиках и зенитчицах и мой расчёт выйдет на Дворцовую площадь в составе торжественного парада. Это великая честь для меня.

Почему важно помнить даты, связанные с блокадой Ленинграда? Что они означают лично для вас и вашей семьи?

Моя бабушка ушла на фронт в 17 лет, добавив себе год сверху, служила в медсанбате 291-й гатчинской стрелковой дивизии, прошла боевой путь от рядового до младшего лейтенанта медицинской службы. Получив контузию, она сбежала из госпиталя обратно на фронт, едва поправившись: она была одной из тех, кто своими руками прорывал проклятое кольцо блокады, зажавшее в своих тисках немногочисленных выживших членов её семьи, и до конца жизни не могла вспоминать войну и блокаду — так было тяжело. С детства у нас дома хранилась ««Блокадная книга», которую я читала ещё ребёнком, и уже тогда я понимала, что это надо помнить, понимать и знать.

Тяжелейшие испытания, посланные моему родному городу, свершения людей, отстоявших его — изнутри и снаружи, — нельзя забывать. Это величайший подвиг и страшная трагедия. Из уважения к памяти павших, из уважения к живым и, конечно же, затем, чтобы понимать, как надо жить, чтобы это никогда не повторилось. Чтобы быть сильными в трудную минуту, потому что они были сильными в те страшные дни, а значит, и мы в нашем современном и комфортном мире в трудные периоды можем быть сильнее, не ныть и не опускать руки.

Почему важно устраивать масштабные реконструкции битв времён Великой Отечественной? Это важная социальная задача или скорее развлечение?

Причина та же: это то, чего нельзя забывать. Это надо помнить и понимать. И, раз мы не были там, значит, надо восстанавливать события по историческим источникам, рассказам, воспоминаниям, документам. Нужно показывать это тем, кто является уже не внуками, а правнуками тех, чьими руками была завоёвана Победа. Показывать величину их подвига, показывать пример их жизни и деятельности как пример исключительной силы духа, и равняться на это. Это важнейшая социальная задача, конечно же, и только потом — досуг. Часто реконструкторы говорят: «Это наше хобби». Я не могу ни судить, ни говорить за всех, но для меня это не было и не будет хобби никогда: это смысл жизни — хранить и передавать эту память. Чтобы помнили, а главное — понимали.

Многие петербуржцы в социальных сетях выступили против военного парада в День снятия блокады. Их позиция: лучше потратить деньги на ветеранов, блокадников и другие важные вещи. Вы согласны с ними?

Нет, не согласна. Торжественные мероприятия обязательно должны быть — для поднятия боевого духа и настроения, для памяти и для гордости. А для ветеранов и блокадников обязательно должен быть отдельный бюджет, мощная поддержка и помощь со стороны государства. Я не считаю, что «вместо» — это хорошо в подобном случае. Имеет право быть первое — на отдельные средства, и обязательно должно быть второе — также на отдельные средства, большие, а также много помощи им.

Слышали ли вы про фильм «Праздник» — чёрную комедию, посвящённую блокаде Ленинграда? Допустимо ли снимать такое кино?

Да, слышала и даже смотрела фильм. Я никогда не сужу что-то прежде, чем ознакомлюсь: считаю, что это очень глупо, напрасное сотрясение воздуха.

Когда я читала гневные статьи на тему фильма, меня разочаровал не сам факт того, что такой фильм сняли, а преждевременная реакция, домыслы и прочее. Это очень нехорошо выглядит. А кино сейчас снимают и похуже — перевирая исторические факты, превращая в фарс трагедии, приправляя глупыми сценами или обилием откровенно лишнего. Плюс я была уверена, что шумиха вокруг фильма поднята ради того, что сейчас модно называть хайпом — это поднимает рейтинги, делается для раскрутки, а значит, верить этому нельзя. Поэтому, прежде чем составить мнение, я решила дождаться выхода фильма.

Фильм выложили на YouTube, я его посмотрела. Там нет блокады и блокадного Ленинграда: только упоминания, образы, несколько фактов, говорящих о том, что дело происходит вроде как там. Есть несколько неплохих монологов и диалогов. Но в остальном — это глупый фильм. Я ожидала чего-то удивительного: так иногда бывает, когда произведение, которое все ругают, оказывается достойным, глубоким, заставляющим задуматься. Но тут меня разочаровало даже не то, что фильм снят в атмосфере блокадного Ленинграда, а то, насколько пустым оказался фильм. Ни о чём.

Разочаровали исторические и стилистические ошибки. Есть откровенная нелепица. Это не комедия — ни чёрная, ни белая — никакая. Как и сам фильм. Наверное, это делает режиссёру честь: комедии о блокадном Ленинграде, которая могла бы всерьёз оскорбить, не получилось, да и цели такой я там не заметила. Но комедии положений не получилось также. Ничего не получилось. И хорошо. Что же до такого явления, как «комедии о блокадном Ленинграде», я думаю, что никому и в голову не придёт такое снимать или писать, тем более в оскорбляющем ключе. Это недопустимо.

Текст: Пётр Сапожников для «Фиесты»