Максим Дмитриев

Организаторы считают, что полюбить джаз можно в любом возрасте, а в детстве знакомство с этой музыкой становится особенно ярким событием. Поэтому приобщиться к прекрасным жанром можно вместе с ребенком уже 3 января.

Профессиональные исполнители будут преподносить джаз в «игровой» манере, которая способна заинтересовать любого маленького непоседу.

В этом году главному мушкетеру Петербурга исполняется 70 лет, и парфюмер Оксана Чернышева придумала духи к юбилею любимого артиста. Запах запланирован яркий, пылкий, дерзкий и острый – его составили из нот цитруса, розы и лаванды, мускусов и древесины.

«То, что Михаил Сергеевич – это символ целой эпохи в нашем кинематографе, надеюсь, никто не оспаривает. В процессе размышлений над образом Боярского мне на ум приходили такие слова: пылкий, дерзкий, принципиальный, твердый, яркий, стремительный. В характере мужчины это ассоциируется с такими словами как: честь, отвага, смелость», – рассказывает парфюмер о процессе творческого поиска

Сейчас готовы три эскиза аромата «Боярский», а дорабатывать их президент Гильдии Парфюмеров планирует при участии самого Михаила Сергеевича.

Дизайн вытянутого, похожего на ножны, флакона и золотую шпагу вместо пробки придумала художница Даша Фурсей. Поступит ли аромат в продажу, пока неизвестно.

Пластиквотчинг — это наблюдение, сбор и изучение пластика на природных территориях. Этот термин придуман по аналогии с бёрдвотчингом — наблюдением за птицами. Этот метод сбора информации с успехом используют в Евросоюзе. Данные общественных проверок повлияли на выбор тех одноразовых товаров, которые запретят в Европе с 2021 года.

Народные проверки проходили в Петербурге до 30 сентября. Для проведения пластиквотчинга нужно было выбрать стометровый участок берега, собрать на нём мусор, разложить по категориям, пересчитать и передать данные в Greenpeace.

Всего активисты провели в Петербурге и его окрестностях 18 проверок и собрали почти 30 тысяч фрагментов мусора. Оказалось, что почти половина из него (45,4%) — отходы из пластика, а почти все собранные кусочки пластика были одноразовыми товарами или упаковкой.

Больше всего мусора на ста метрах исследуемой территории волонтёры собрали на берегу Невы в посёлке Металлострой — 8269 фрагментов. У Канонерского острова их оказалось 6097, возле Сестрорецка — 2612, на набережной Обуховской Обороны — 2374, а в парке 300-летия Петербурга — 1600.

Самыми чистыми оказались берега Фонтанного пруда в Московском парке Победы — там нашли всего 66 фрагментов. А наиболее загрязнёнными, по данным «Гринпис», оказались берега Невской губы: доля опасного пластика в собранном мусоре составила там более 70%.

Кроме того, по данным результатов исследования, оказалось, что чаще всего петербургские берега загрязняют: окурки, небольшие пластиковые пакеты и мягкие пачки от продуктов, кусочки пластика, включая поролон и провода, влажные салфетки и стаканчики для напитков и крышки от них.

Ранее «Гринпис» назвал главных компаний-загрязнителей России. В топ-3 вошли Coca-Cola, Pepsico и Heineken International и Mars Incorporated.

Виктор Жданов родился в украинском селе Штепино 13 февраля 1914 года. Отец Виктора был доктором, и мальчик захотел пойти по его стопам — сразу после школы он попытался поступить в институт, однако столкнулся с тем, что преимущество отдавалось кандидатам с пролетарским происхождением. Не опустив руки, юный Жданов отправился работать строителем на железную дорогу. Там ему удалось завоевать расположение коллег — они выбрали 17-летнего Виктора десятником. Получив необходимый трудовой опыт, парень всё же смог поступить в Харьковский медицинский институт.

Жданов с отличием закончил вуз, после чего его определили на службу в погранвойска НКВД СССР — молодой врач трудился там до 1946 года. В 1941 году Жданов успел окончить физический факультет Ленинградского университета. После войны Виктор Михайлович успешно поднимался по карьерной лестнице — сначала защитил кандидатскую диссертацию, а спустя два года — докторскую. В 1951 году он стал главным государственным санитарным инспектором страны.

Интересно, что в те непростые годы учёный часто ездил за рубеж, чтобы перенять опыт западных коллег, а также старался отправить в командировки как можно больше молодых специалистов: Жданов был уверен, что науку нельзя делить на советскую и несоветскую. Благодаря этому Виктор Михайлович сумел завести множество полезных связей — в том числе к нему расположен был генеральный директор Всемирной организации здравоохранения Марколино Гомеш Кандау.

Идею о всемирной и организованной борьбе с оспой Жданов вынашивал долгие годы, ещё с тех пор, как служил до войны в Ашхабаде и активно участвовал там в борьбе с малярией. В 1958 году на XI ассамблее советский учёный представил свою программу глобальной ликвидации оспы, которая была встречена крайне прохладно, однако всё же была принята. В первые годы ВОЗ практически не участвовал в осуществлении задуманного, оставив всё на откуп СССР.

В Советском Союзе с оспой удалось справиться благодаря декрету Совнаркома об обязательном оспопрививании, подписанному и осуществлённому в 1930-е годы. Это придавало учёным оптимизма — было ясно, что, раз с болезнью удалось справиться на такой огромной территории, то и всемирная борьба — это посильное дело.

Важность этого начинания подтвердил случай, который в 1960 году поставил на уши всю Москву. 22 декабря 1959 года художник Алексей Кокорекин вернулся из Индии, куда ездил в составе правительственной делегации. Не прошло и суток, как у Кокорекина поднялась температура и появилась сыпь на теле — в поликлинике его госпитализировали с подозрением на грипп. Один из ординаторов предположил, что больной мог заразиться в Индии оспой, однако старшие коллеги не поддержали эту теорию — настолько фантастическим это казалось в декабрьской Москве.

Художнику становилось всё хуже, и 30 декабря он скончался, предварительно простившись с близкими людьми. Диагноз ему так и не поставили, и тело решено было на всякий случай кремировать. В новогодней суматохе врачи не сразу заметили, что у нескольких больных, которые лежали с Кокорекиным в одной палате, появилась точно такая же сыпь. Соскоб с кожи одного из них отправили в Институт вирусологии, которым как раз и руководил Жданов. Анализ показал, что это оспа.

На протяжении следующих трёх недель советские силовые ведомства вместе с врачами проводили беспрецедентную по размаху спецоперацию — в карантин отправили всех, кто хоть как-то контактировал с заболевшими, использовав для этого ресурсы и помещения, которые были заготовлены на случай ядерной войны. Жителям столицы массово делали прививки — уколы ставили даже тем, кто уже успел заразиться. В итоге эпидемия всё же была остановлена — оспой в Москве переболели 46 человек, из которых скончались только трое. Однако выводы из этой ситуации были сделаны неутешительные: по стечению обстоятельств болезнь может проникнуть на территорию страны, в которой её победили ещё 30 лет назад.

На практике ВОЗ поддержала программу вакцинации Жданова лишь в 1966 году — до этого миллионы вакцин в разные страны поставлял СССР. На окончательную победу над оспой ушло 20 лет — последний случай заболевания зафиксировали в 1978 году. ВОЗ наградила Жданова знаком «Бифуркационная игла» и дипломом «За выдающиеся заслуги в деле ликвидации оспы во всём мире». При этом в СССР Жданов и его коллеги никак не были отмечены за свои выдающиеся успехи.

Интересно также, что Виктор Михайлович интересовался не только наукой, но и другими сферами общественной жизни — например, политикой и искусством. В 1966 году Жданов подписал письмо против реабилитации Сталина, составленное в поддержку знаменитого «Письма двадцати пяти». В своём институте он не раз организовывал выступления опального тогда барда Владимира Высоцкого, продолжал ездить за границу и смотрел фильмы на английском, французском, немецком и итальянском языках. Великий учёный ушёл из жизни в 1987 году в возрасте 73 лет.

По материалам издания «Такие дела» (текст Марии Микулиной)